К примеру, приехавший в Россию после длительного пребывания в Англии флотский офицер Акимов написал эпиграмму:
Се памятник двух царств,
Обоим столь приличный
На мраморном низу
Воздвигнут верх кирпичный.
При попытке прикрепить листок с этим четверостишем к фасаду собора Акимов был арестован. Он дорого поплатился за своё остроумие: ему отрезали язык и сослали в Сибирь.
В различных вариантах петербуржцы пересказывали опасную эпиграмму:
Сей храм покажет нам,
Кто лаской, кто бичом,
Он начат мрамором,
Окончен кирпичом.
Позднее, при императоре Александре I, когда при исполнении окончательного монферрановского варианта собора стали разбирать кирпичную кладку, фольклор откликнулся на это новой эпиграммой.
Сей храм трёх царствований изображение:
Гранит, кирпич и разрушение.
Исаакиевский собор после Октябрьской революции
После революции храм был разорён. Из него было вынесено 45 кг золотых изделий, более 2 тонн серебряных украшений. В 1928 году службы прекращены. 12 апреля 1931 года в соборе был открыт один из первых в Советской России антирелигиозных музеев.
Во время Великой Отечественной войны сильно пострадал от бомбёжек и артобстрела, на стенах и колоннах местами сохранены следы от снарядов. В соборе во время блокады хранились экспонаты музеев из пригородов Ленинграда, а также Музея истории города и Летнего дворца Петра I.
С 1948 года функционировал как музей «Исаакиевский собор». В 1950—1960-е года проведены реставрационные работы. На куполе устроена смотровая площадка, откуда открывается великолепная панорама центральной части города. Внутри храма был установлен маятник Фуко (в настоящее время демонтирован), который благодаря огромной длине наглядно демонстрировал вращение Земли.
В 1990 году проведена первая церковная служба, в настоящее время они проходят регулярно по праздникам и воскресным дням.
Исаакиевский собор — выдающийся образец позднего классицизма, в котором уже проявляются новые направления (неоренессанс, византийский стиль, эклектика), а также уникальное архитектурное сооружение и высотная доминанта центральной части города.
Высота собора 101,5 м, длина и ширина — около 100 метров. Наружный диаметр купола — 25,8 м. Здание украшает 112 монолитных гранитных колонн разных размеров. Стены облицованы светло-серым русскеальским мрамором. При установке колонн были использованы деревянные конструкции инженера А. Бетанкура. На фризе одного из портиков можно разглядеть скульптурное изображение самого архитектора (Монферран умер практически сразу после освящения собора, но в желании архитектора быть погребённым в собственном творении было отказано).
Маятник Фуко является математическим маятником, такой маятник, отклонённый от равновесного положения, совершает колебания в плоскости, неподвижной в инерциальной системе отсчёта (в данном случае — системе отсчёта, «связанной» со звёздами) и проявляет, таким образом, свойства гироскопа. Наблюдатель, находящийся на Земле и вращающийся вместе с нею, находится в неинерциальной (вращающейся) системе отсчёта и будет видеть, что плоскость колебаний маятника медленно поворачивается относительно земной поверхности в сторону, противоположную направлению вращения Земли.
Поэтому для демонстраций применяют маятники с максимально возможной длиной подвеса; в Исаакиевском соборе в Ленинграде демонстрировался маятник Фуко на подвесе длиной 98 м.
По проекту А. Ринальди собор должен был иметь пять сложных по рисунку куполов и высокую стройную колокольню. Стены по всей поверхности облицовывались мрамором Обстоятельства сложились так, что Ринальди не смог завершить начатую работу. Здание было доведено лишь до карниза, когда после смерти Екатерины II строительство прекратилось, и Ринальди уехал за границу.
Вступивший на престол Павел I поручил архитектору В. Бренна срочно завершить работу. Выполняя желание царя, архитектор был вынужден исказить проект Ринальди — уменьшить размеры верхней части здания и главного купола и отказаться от возведения четырёх малых куполов. Мрамор для облицовки верхней части собора был передан на строительство резиденции Павла I — Михайловского замка. Собор получился приземистым, а в художественном отношении даже нелепым — на роскошном мраморном основании высились безобразные кирпичные стены.
30 мая 1802 года третий Исаакиевский собор был освящён.
К 1706 году на Адмиралтейских верфях работало более 10 тысяч человек, но церквей, куда могли бы они ходить, не было. Чтобы решить эту проблему, Пётр I отдал приказание найти подходящее помещение для будущей церкви. Было выбрано здание большого чертёжного амбара, расположенного с западной стороны Адмиралтейства на расстоянии 15—20 м от канала (проходящего вкруг Адмиралтейства) и в 40—50 м от берега Невы.
Строительство велось за счёт казны. Первый храм был возведён на деньги, выделенные на строительство Адмиралтейства под руководством графа Ф. М. Апраксина, для возведения шпиля церкви был приглашён голландский архитектор Х. ван Болес. Первый деревянный храм, названный Исаакиевской церковью, был освящён в 1707 году. Её простота типична для первых построек Петербурга петровского периода. Это был сруб из круглых брёвен длиной до 18 м, шириной 9 м и высотой до крыши 4—4,5 м. Внешние стены были обиты горизонтальными досками шириной до 20 см. Чтобы обеспечить хороший сход снега и дождя, крыша имела угол наклона не менее 45 градусов. Её также сделали деревянной и покрыли водонепроницаемым воско-битумным составом чёрно-коричневого цвета, которым тогда смолили днища кораблей.
На башенке, оставшейся от амбара и где раньше вывешивался флаг или флюгер, подвесили небольшие колокола, а на самом шпиле установили крест. В восточной части конька крыши бригада олонецких плотников в традиции северной русской архитектуры возвела небольшой деревянный купол. Печная труба возвышалась на расстоянии 0,5—0,7 м над коньком крыши.
В 1709 году Пётр I распорядился о проведении реставрационных работ в церкви. Это решение было обусловлено желанием улучшить вид самой церкви, а также решить ряд проблем, возникших по ходу эксплуатации (отмечалось, что в церкви постоянно сыро и холодно, что приводило к разрушению деревянных конструкций).
